Из стенограммы пленарного заседания Госдумы 10.12.2010:
Законопроект в результате получился похожим на некий учебник, а не на законопроект, и плохой учебник, в котором попытались определить ряд новых понятий, не существующих сегодня у нас, и написали следующее, цитирую: «Электронные деньги — денежные средства, которые предварительно предоставлены одним лицом (лицом, предоставившим денежные средства) другому лицу, учитывающему информацию о размере предоставленных денежных средств без открытия банковского счёта (обязанному лицу), для исполнения денежных обязательств лица, предоставившего денежные средства, перед третьими лицами, и в отношении которых лицо, предоставившее денежные средства, может передавать распоряжения с использованием электронных средств платежа».
Кто-то понял, о чём идёт речь? Руку может поднять хоть один? В то же время, если даже в «Википедию» заглянуть просто, как электронные деньги определяются, увидим: «электронные деньги — это денежные обязательства эмитентов в электронном виде, которые находятся на электронном носителе в распоряжении пользователя». Всё. И всё понятно, да? И вот такой здесь весь глоссарий, я просто цитировать его дальше не буду.
И это называется правовым документом?Заявленная цель: не хватает правого урегулирования. И тут же говорится, что субъектами в платёжной системе будут банки: Центральный банк, кредитные организации и Внешэкономбанк. Спрашивается, а какого урегулирования не хватает? Есть закон «О Центральном банке…», есть закон «О банках и банковской деятельности» — пожалуйста, добавляйте туда, вносите что хотите и всё. Там других субъектов-то нет по этому закону, для чего принимать всеобщий? Тогда остаётся вопрос: хотят охватить того, кто уже на рынке есть? И вот поправками в эти действующие законы не решишь такой проблемы. Может, прав предыдущий оратор? Это вопрос.
Следующее. Говорят, что важная причина внесения законопроекта — это то, что на сегодняшний день не решена проблема надзора Центрального банка в платёжной системе. Послушайте, о надзоре Центрального банка я уже здесь говорил не раз — это вообще таинственная вещь. И если его не хватает Центральному банку, то я уже не знаю, что там надо ещё говорить, — там уже и вдоль, и поперёк про этот надзор, просто он к нему относится так избирательно. Человечеству известны несколько систем познания. Первая — это вера, египтяне придумали, вторая — это логика, греки придумали, третья — это постижение, как у индусов, когда они чего-то нарисуют и сидят ждут, пока их осенит. Вот у меня иногда такое впечатление, что
Центральный банк использует в качестве надзора либо веру, то есть когда ему представляют все эти документы, он верит, либо вот это постижение, когда он сидит и ждёт, когда его осенит, а потом вдруг говорит: «Вы знаете, у нас тут чудо случилось, ещё два банка лицензии лишились, всё украли, но мы ничего сделать не можем». А надзор где был? Непонятно. Это я цитирую практически предыдущие выступления.
Теперь дальше. Вводится новый институт — это уже, так сказать, кивок в сторону европейской хартии, принятой ранее ЕС, — и там написано: наблюдение. Новая процедура, которую вводит Центральный банк, — наблюдение в платёжной системе. Что такое наблюдение? В двух словах тут написано, и написано следующее: Центральный банк сам себе напишет.
То есть практически из этого закона мы видим одно, что на этом рынке будут работать только кредитные организации. Для этого не надо принимать отдельный закон, можно спокойно обойтись поправками в другое законодательство. Это первое.
И второе. Новые технологии, которые ожидались в этом законе, особенно электронные деньги, новые средства расчёта, мы ещё долго не увидим.
Поэтому я не знаю, как можно переработать этот закон. Я бы всё-таки поддержал позицию, что его надо авторам отдать и перевнести, потому что так дорабатывать – это будет чудовищная работа. Голосовать за него, я считаю, нельзя.